Ветер в Пустоте

41. Двойной фасад (приземление 3/5)

Возвращаясь с деловой встречи за городом, он попал в глухую пробку на Пятницком шоссе. Навигатор сообщал, что впереди большая авария, из-за которой движение в центр будет временно парализовано. Добравшись дворовыми галсами до метро “Митино”, Сережа припарковал каршеринговый “Генезис” и спустился в подземку. Как и на многих конечных или близких к ним станциях, здесь царил скучный минимализм. Голая платформа и такие же голые стены. Глазу было совершенно не за что зацепиться, хотя станцию Сережа видел впервые, и взгляд еще не замылился. Наверняка в мире были тысячи подобных безликих платформ, похожих друг на друга как выведенные селекционерами овощи или фрукты.

Поезд был полупустой. Чтобы скоротать время Сережа включил музыку и стал наводить порядок на телефоне. Удалить ненужные приложения, разложить схожие по папкам, перенести самые часто используемые на первый экран и в док. Когда с этим покончено, открыть фотографии и начать удалять дубли и неудачные. Очереди, перелеты и длинные поездки на метро были его любимыми местами для таких задач. Уборка шла вполне неплохо, когда когда Roisin Murphy запела свое “Ancora tu”. Сережа чуть поморщился и вытащил наушники. Эту песню он любил. Они слушали ее на репите с Майей два года назад, катаясь по живописным сельским дорожкам вокруг Флоренции. Это было классное время, помеченное в памяти сердечком, но конкретно сейчас вспоминать хотелось о другом. И о другой. Ехать предстояло еще больше получаса, в вагоне уже появились люди, и от нечего делать Сережа стал тренировать на них свой новый взгляд.
Студент в больших наушниках, деловая женщина с ноутбуком, дед с корзиной прикрытых марлей грибов, женщина с прической, похожей на огромное гнездо, крепкий парень, поигрывающий мышцами. Сережа вспомнил, что Леха держал на кухне здоровый бинокль и частенько со скуки “присматривал” за соседями, обнаруживая иногда различные пикантные истории. Нечто похожее происходило и сейчас — разглядывая людей, Сережа испытывал смесь неловкости, волнения и любопытства.

Часто в расширенном диапазоне зрения люди выглядели старше или моложе, чем в обычном. Школьница средних классов могла оказаться грустной тетей за 50, а серьезный взрослый мужчина — испуганным мальчишкой.

К таким расхождениям Сережа уже привык, а ничего другого в чужих окнах сейчас не показывали, так что вскоре он заскучал и закрыл глаза. “Следующая станция — Славянский Бульвар”, — сказал мужской голос в динамиках. Сережа вспомнил, как они с другом на первом курсе университета катались по “красной ветке”, выясняя, где именно голос диктора сменится с мужского на женский. В метрополитене существовало общее правило — если поезд шел в сторону области, то станции объявляла женщина, а если в центр — мужчина. Запомнить это предлагалось с помощью мнемонической подсказки: “Начальник зовет на работу, а жена зовет домой”.

Сережа рассмеялся и открыл глаза. Вместо молодой женщины напротив теперь сидел крупный лысый мужик лет сорока пяти. Руки его были сложены на пухлом животе, а сам он спал. Специальный взгляд ничего интересного не показал. Картинка в расширенном диапазоне не отличалась — мужик “там” был таким же и тоже спал. Сережа какое-то время поглазел по сторонам, проверил время на телефоне, а потом снова посмотрел на мужика — ему вдруг показалось, что он что-то упустил. Казалось бы спит человек и спит, устал, наверное. Но в том-то и дело, что спал он как-то странно. Будто и не спал вовсе, а притворялся или… медитировал, сообразил Сережа. Несмотря на свои габариты, мужик сидел легко и устойчиво. Тело его не было обмякшим, усталой сонной тяжести в нем не чувствовалось.

Сережа несколько раз моргнул, нащупал контакт между лопатками и поднял глаза. В этот раз все выглядело четче и объемнее, а увиденное его удивило. Мужик “там” оказался искусственным. Он был просто объемной картинкой на большом заборе, окружающего мужика настоящего. Маска с нарисованным лицом, закрывающая истинное лицо. Такой фиктивный фасад Сережа видел впервые.

Он почувствовал себя неловко от того, что так долго рассматривает спящего человека посреди вагона, и рефлекторно прикрыл глаза. Потом удивленно открыл и снова закрыл.
Оказалось, что смотреть в чужие окна можно и с закрытыми глазами. Объекты привычного мира при этом исчезали, сохранялся лишь блеклый общий контур пространства вагона, зато забор с нарисованным спящим мужиком был виден вполне отчетливо.

Сережа выпрямил спину и принялся его изучать. Это была темно коричневая стена, темнеющая от центра к краям и сливающаяся в итоге с фоном. Забор был сплошным, без ворот и дверей, а объемная голова с закрытыми глазами представляла собой его фронтальную секцию.

Сережа хотел уже завершить свои изыскания, как вдруг, повинуясь инстинктивному порыву, оттолкнулся и полетел вперед, выдыхая воздух и быстро уменьшаясь в размерах, как сдувающийся воздушный шарик. Сдувшись до размера пылинки, он влетел в левую ноздрю камуфляжной головы.
Внутри была небольшая грунтовая площадка, на которой хозяин головы выполнял форму кунг-фу с шестом. Несмотря на то, что выглядел он здесь лет на двадцать старше и живот никуда не исчез, двигался он великолепно. В каждом движении чувствовалась сила, баланс, красота и… опасность.

Сережа не сразу сообразил, что увлекшись наблюдением, он вернулся к своему обычному размеру, а когда понял, то было уже поздно — мужик быстро приближался к нему, сжимая в руках палку. Выглядел он крайне грозно. Сережа собрался было подпрыгнуть и ретироваться уже проверенным способом, но мужик сделал короткое движение пальцами и Сережа почувствовал, что не может оторваться от земли, словно она его держит. Он наблюдал, как мужик подходит ближе и ближе, внимательно изучая его с ног до головы, затем протягивает свою руку, берет за плечо и… Сережа открыл глаза.

Вокруг все было прежним, кроме мужика. Теперь он стоял прямо перед ним, потряхивая за плечо.
— Здраствуйте, — посмотрел на него Сережа снизу-вверх.
Мужик взглядом показал ему встать и следовать за ним.

— Чего тебе? — строго спросил мужик, когда они отошли в дальний конец вагона, где было мало людей.
— Да ничего… Простите, если побеспокоил.

Мужик нахмурился.
— Дурака не валяй. Не люблю. Ты от кого?
Абсурдность его вопроса и всей происходящей сцены неожиданно вызвала в Сереже забытую со времен университета субличность Арлекина.
— А что — не ясно что ли, от кого? — огрызнулся он. — От НЕГО, — громко прошипел Сережа, округлив глаза на последнем слова.

Мужик недоверчиво поглядел на него.
— Давно?
Сережа почувствовал себя персонажем из старых комедий с Пьером Ришаром, когда даже самые дурацкие реплики обретают какой-то иной смысл в шпионском контексте.
— Уже лет тридцать как. Через маму с папой зашел и бабушек с дедушками…

Мужик коротко ткнул его указательным пальцем в яремную впадину. Движение было быстрым и шло по какой-то странной траектории, отчего делалось совершенно неразличимым глазу. Сережа надолго закашлялся, а на глазах выступили слезы.
— Слышь, клоун, ты не понимаешь, с кем играешь.
— Вот именно, — продолжая кашлять, ответил Сережа. — Я не понимаю. И вы, похоже, можете рассказать. Я стал… как бы это сказать… видеть все вокруг чуть иначе. Хочу понять, как это устроено. Можете помочь?
— Как ты защиту обошел? — хмуро спросил мужик.
— Защиту? Ну… — Сережа замялся, представив, как звучит этот разговор для постороннего наблюдателя. — Сдулся и… в ноздрю залетел на фасаде. Я когда понял, что у вас фасад липовый, мне интересно стало, я такого еще не видел. Внутри я уже понял, что так заваливаться в гости не стоит, но тут вы меня заметили.

На лице мужика отобразилось любопытство и несколько мгновений он сосредоточенно изучал Сережу.
— Ты чего — совсем свежий?

Сережа пожал плечами
— Наверное. Ну точно не тухлый. Так вы расскажете что-нибудь внятное?

Мужик на короткое мгновение слегка прищурил один глаз.
— Я не твой учитель.
— Ну может совет какой дадите? Вы просто первый, кого я вот так на улице встретил. Все остальные как неживые сидят.
— Время придет — оживут. А ты, если крылья твои тебе дороги, не лезть к ним без приглашения. Понял?
— Понял. Это все?
— Все. Остальное жизнь расскажет.
Он прошел к дверям в середине вагона и на ближайшей станции вышел.

< Оглавление
Усвоение